Переводчик: Varesso
Автор: Nekojita
Фандом: Weiss Kreuz
Бета: Enji, RikaSA (Хорошие мои, ОГРОМНОЕ вам спасибо. Если бы не ваше внимание и терпение, все было бы совсем-совсем иначе.)
Рейтинг: NC-17
Жанр: slash, AU
Пайринг: Шульдих/Айя, Шульдих/Йоджи/Айя
Музыка: David Gray “The Other Side”
Отказ от прав: Персонажи фика принадлежат их создателем. Переводчик фика не извлекает материальной выгоды от их использования. Размещение фика на других ресурсах - с согласия переводчика. Ссылки на перевод - приветствуются.
Оригинал лежит: здесь.
Отзывы: сюда.
Глава 1
Виски пронзила острая боль, неизбежно сопровождавшая видения ключевых событий. Перед мысленным взором предстали три человека. Один - атлетического телосложения с темно-каштановыми волосами и карими глазами. Другой - с вьющимися светло-русыми волосами и зелеными глазами, с чуть ироничной улыбкой на лице. И, наконец, стройный юноша с волосами невероятного красного цвета и аметистовыми глазами. Каким-то образом он знал, что все они связаны друг с другом, а скоро войдут и в жизнь его команды. Он просматривал различные линии будущего, где так или иначе фигурировали эти молодые люди. Юные убийцы, если он правильно интерпретировал возникающие образы. Эти трое будут необходимы для получения долгожданной свободы, особенно один из них и один представитель собственной команды, которые... Он невольно улыбнулся, изучая развернувшийся перед ним вариант возможного будущего. Этот сценарий, безусловно, будет очень интересным для команды, особенно для одного надоедливого телепата. Еще несколько секунд, и видение исчезло также быстро, как появилось.
Оракул сел на кровати, включил ночник и потянулся за очками. Сейчас раздастся телефонный звонок, и он получит новое задание для своей команды. Задание, которое позволит изменить их жизнь. Нужно будет только чуть скорректировать события, направив их в нужное русло. Впрочем, здесь он сделает все возможное. Слишком многое поставлено на карту. Наконец-то появилась возможность исполнить свою мечту, и упускать ее он не собирался.
Его размышления были прерваны телефонным звонком.
- Кроуфорд слушает.
*******
- Брэээд, мне скучно. Ну пожалуйста, давай побыстрее покончим с этим? Просто скажи, кого, где и когда убить, а мы уж все сделаем, не сомневайся. И я как раз успею на свое шоу. Как тебе такой план, о всезнающий? - Шульдих раскинулся на стуле, лениво пиная ногой стоящий перед ним стол. Он ненавидел эти собрания, или «брифинги», как упорно именовал их Кроуфорд. Когда речь заходила о приказах для Шварц, немец не видел причины тратить кучу времени на вещи, которые все равно нельзя было изменить. Самым простым способом было побыстрее выполнить эту чертову работу, а затем усесться за просмотр очередной серии любимого сериала.
Кроуфорд просто скрестил руки на груди и пристально посмотрел на Шульдиха. Через некоторое время телепат оставил стол в покое и сел прямо.
- Ну хорошо, так уж и быть. Я буду вести себя как пай-мальчик. А теперь мы можем перейти к тому, ради чего собрались? Ну, пожа-а-алуйста.
Американец кивнул.
- Как вы догадались, мы получили новый приказ. Нам предстоит передислокация. В ближайшем будущем будем работать в Токио. Отбываем через два часа.
- Ты имеешь в виду, что мы едем в Японию? - подал голос Наги, до этого тихо сидевший в стороне от двух старших членов команды. Шульдих ухмыльнулся.
- Малыш, что у тебя по географии, если ты даже не уверен, в какой стране находится Токио?
Проигнорировав слова немца, Кроуфорд продолжал:
- Да, Наги, мы переезжаем в Японию, - он раскрыл стоящий перед ним ноутбук, вставил заранее подготовленный диск и начал быстро набирать одну команду за другой. - Фарфарелло берем с собой; его сейчас усыпили перед поездкой. После прибытия в Токио приступаем к выполнению операции.
Одно только упоминание о Токио вызвало в душе Наги бурю эмоций. Возвращение домой. Это было так странно. Он даже не знал, чего испытывает больше - страха или возбуждения. С одной стороны, детство в Японии было не самым приятным воспоминанием - до того, как Оракул спас его и забрал в Германию, чтобы научить пользоваться собственным даром. С другой стороны, сейчас он уже ничем не напоминал прежнего запуганного оборвыша. Теперь у него была новая семья, его окружали люди, как и он, наделенные сверхъественными способностями. Наверно, будет здорово вернуться в страну, где он знаком со всеми обычаями и чувствует себя наиболее комфортно. Одна только мысль о том, чтобы снова услышать родной язык...
<Эй, мелкий, может, все-таки послушаешь лидера?>
Наги с трудом вернулся из мира грез и обнаружил, что остальные члены команды пристально смотрят на него - Кроуфорд с нетерпением, а Шульдих - со своей неизменной усмешкой на лице.
- Теперь, когда я безраздельно завладел вашим вниманием, я могу продолжать? - обманчиво мягко поинтересовался Кроуфорд. - Отлично. Мы отправляемся в Японию для «найма» трех людей со сверхъестественными способностями. Их талант пока находится в латентной форме, поэтому нас будет сопровождать Инициатор, - услышав эту новость, Наги замер, а Шульдих пробормотал ругательство сквозь зубы. - Я знаю, что особой симпатией эта личность не пользуется, но он, к сожалению, необходим для пробуждения дара этих людей. Кроме того, он останется с нами только до тех пор, пока не выполнит свою задачу. После активации талантов мы займемся обучением новых рекрутов, а затем примем их в свои ряды.
Оракул щелкнул мышкой, и на настенном экране возникла первая фотография.
- Это первый «новобранец». Хидака Кен, девятнадцать лет. Бывший футболист лиги юниоров. В настоящее время работает помощником тренера в частной школе. Родственников не имеет.
Шульдих и Наги внимательно изучали фотографию улыбающегося юноши с горящими азартом глазами, который был запечатлен во время игры в футбол с детьми восьми-двенадцати лет.
- Следующий Кудо Йоджи, двадцать один год. Недавно вернулся к своей старой профессии, в настоящее время работает в качестве частного детектива. По нашим данным, из родственников у него остался только отец, с которым он не виделся почти десять лет. Здесь необходимо проявлять осторожность, он не согласится добровольно присоединиться к нам.
Шульдих прищелкнул языком, бросив взгляд на красивого блондина.
- Ух ты. Мне эта операция уже нравится. Обещаю сделать все от меня зависящее, чтобы он почувствовал себя здесь, как дома. Какая штучка!
Вот уж действительно перед ним был человек, не боящийся авантюр. Иными словами, то, что надо.
Наги закатил глаза, а Кроуфорд с трудом подавил улыбку, зная, что настанет день, когда он сможет припомнить телепату эти слова.
- А можно еще раз показать эту фотографию? - Шульдих явно запал на блондина.
Кудо сфотографировали танцующим в ночном клубе. Было видно, что он уже прилично выпил и прекрасно проводит время.
- Я думаю, что Кудо тебе не подойдет, Шульдих. Согласно его досье, он тот еще ловелас. Влюбишься - и будет у меня страдающий член команды, - сказал Кроуфорд с притворной строгостью.
«Если влюблюсь, то эта часть тела точно страдать не будет», - ехидно подумал про себя Шульдих.
- И теперь последний, самый сложный экземпляр. Фуджимия Ран, хотя сейчас он называет себя Айя, - Кроуфорд пристально следил за реакцией немца на появившееся изображение. Шульдих ненадолго прекратил изображать обиду на весь свет и бросил взгляд на фотографию молодого человека, сидящего перед каким-то цветочным магазином. Изучив ее за пару секунд, он закрыл глаза и поудобнее откинулся на стуле. Слегка разочарованный, Кроуфорд продолжал:
- Двадцать лет. Родственников нет. Родители погибли чуть больше двух лет назад, сестра скончалась через год после полученных в аварии травм. Склонен к суициду.
Наги чуть подался вперед.
- Он взял себе женское имя. Это имя его сестры?
Кроуфорд кивнул.
- Да, он взял его вскоре после ее смерти.
Еще раз бросив взгляд на последнюю фотографию, Шульдих не удержался от комментария:
- Имя ему подходит. Он достаточно смазливый, чтобы сойти за девчонку. А как ты планируешь удержать его от самоубийства? Я-то уж точно не собираюсь кормить его с ложечки, если он объявит голодовку.
Оракул улыбнулся, довольный тем, что Шульдих все-таки попался на удочку.
- Мы должны будем пристально следить за ним. Возможно, придется прибегнуть к шантажу, используя других членов его команды.
Одновременно с этими словами американец вошел в телепатический контакт с Шульдихом. <Я поручаю это тебе. Изучи его мысли, сделай все, чтобы сохранить ему жизнь. Ты займешься им, а Наги и я позаботимся об оставшейся парочке.> Вслух он добавил:
- Они все нужны нам. Стоит потерять хотя бы одного, и последствия будут крайне неприятными.
<А с какой радости мне достается экземпляр, склонный к суициду и депрессиям? Нельзя поменять его на плейбоя? Ты же сказал, что с ним тоже будут проблемы.>
Кроуфорд снял очки и начал протирать их, чтобы как-то справиться с раздражением и заодно прикрыть паузу в разговоре. <Торг здесь неуместен, Чтец. У меня есть основания поступать именно таким образом. А теперь прекрати жаловаться, а то я тебе еще и Хидаку дам в нагрузку.>
Наги задумчиво смотрел на экран. Эти лица казались странно знакомыми. Он решил сам поискать ответ, пока Оракул отвлекся на Шульдиха. Мальчик пододвинул к себе ноутбук и вывел на монитор фотографии всех трех японцев.
- Я готов поклясться, что уже видел их где-то раньше.
- Брэд, будь осторожен. У Шварц появился новый предсказатель, - Наги сердито посмотрел на телепата, но тот лишь беззаботно улыбнулся в ответ.
- Перестаньте вести себя, как дети, - в обычно спокойном голосе Кроуфорда прозвучали нотки раздражения. - Неудивительно, что их лица кажутся знакомыми. Перед вами три четверти команды, справившейся с Нахт, - он чуть улыбнулся, когда его слова были встречены пораженным молчанием.
<То есть ты хочешь сказать, что мы принимаем в свои ряды Вайс? И это после того, как они уничтожили тех напыщенных кретинов? Руководители Эстет, часом, с ума не сошли? Или же они просто хотят таким своеобразным образом отомстить команде, нарушившей их планы в Японии?>
Кроуфорд подождал, пока Наги не вернул ноутбук на место, а затем продолжил брифинг.
- Сибиряк, Балинез и Абиссинец, - перечисляя кодовые клички, он указывал на соответствующую фотографию на экране. - Три старших члена Вайс. Команда распалась после того, как они убили Такатори, заодно уничтожив прикрывавшую его команду Нахт. Поскольку относительно малоизвестная команда смогла убрать тех, кто считался во много раз превосходящими их по классу, было проведено расследование. Тщательный анализ имеющегося досье показал, что члены команды Вайс обладают латентными талантами. Персия знал об этом, поэтому-то и подобрал в команду именно их. Он включил также в Вайс своего родственника, Бомбейца, который осуществлял наблюдение за своими товарищами. В Критикер так и не поняли, что попало им в руки; Персия всячески прикрывал Вайс. Теперь мы собираемся перехватить их и использовать их таланты на благо Эстет. Насколько известно, они никогда не знали о связи между нашей организацией и Такатори Рейджи. Персия постарался не посвящать их в эту маленькую подробность. Это должно помочь в процессе ассимиляции. Мы прибываем в Токио завтра рано утром. У нас будет один день на отдых и подготовку, а потом вплотную займемся Вайс. Сначала Балинез, потом Сибиряк и, наконец, Абиссинец. Они пробудут у нас один-два дня, а потом ими займется Инициатор. После этого и начнется самое интересное.
Американец еще раз взглянул на фотографии, застывшие на экране, затем закрыл все файлы и выключил оборудование.
- Вопросы есть?
Лениво водя пальцами по полировке стола, Шульдих поинтересовался:
- А в чем заключаются их таланты? Есть какие-нибудь предположения?
Кроуфорд чуть поправил манжеты и осторожно ответил:
- В Эстет считают, что Сибиряк и Абиссинец - либо предсказатели, либо телепаты. Насколько существенен их талант, предстоит еще выяснить. Уровень, скорее всего, колеблется от среднего до высокого, но точнее сказать нельзя, пока не будет снята блокировка. Что касается Балинеза, то он, похоже, что-то вроде ясновидящего, но это включает огромный диапазон возможностей. Необходимо обращаться с ними с максимальной осторожностью до тех пор, пока мы не получим более точную информацию.
Зеленые глаза изучающе посмотрели на лидера Шварц. <У кого-то не было нужного видения, а?> Шульдих не удивился, когда Оракул ничего не ответил на эту подколку. Наги снова бросил пристальный взгляд на лидера команды; на этот раз мальчик был включен в общий мысленный разговор. Телепат знал, что ему следует сократить такую беседу до минимума. Всегда существовала вероятность того, что кто-то заметит такого рода контакты в команде и доложит в вышестоящие инстанции. Это бы привело к принудительному ментальному сканированию и, как минимум, отстранению от данной операции. Шульдих же стремился как можно быстрее оказаться в Токио и получить хотя бы относительную свободу от постоянного наблюдения и паранойи, ставших их неизменными спутниками в Германии. <Брэдли, ты что-то замыслил - спинным мозгом чую. Так уж и быть, я подожду со своими вопросами до Японии, но там ты должен будешь дать ответы.> Кроуфорд чуть заметно кивнул, признавая и предположение Шульдиха, и последующее требование.
- Готов поклясться, что это будет интересное задание. Надеюсь, они не окажутся такими же полными психами, как Фарфи. Одного берсеркера в команде более чем достаточно, - голос Шульдиха был преисполнен энтузиазма, которого он вовсе не ощущал. Впрочем, чтобы доставить удовольствие неизбежным наблюдателям, телепат старательно изобразил готовность к новой работе. Пусть порадуются тому, как он радеет за благо родной организации.
Затем немец встал и потянулся, подмигнув при этом Наги.
- Итак, правильно ли я понял ситуацию? Мы приходим, хватаем, ждем, пока им вправляют мозги, и превращаем Вайсов в совершенных солдат по своему образу и подобию. А что потом? Возвращаемся домой?
Также встав со своего кресла, американец аккуратно отсоединил питание ноутбука и вернул его в чехол.
- Мы займем место Нахт в Японии. Еще и поэтому необходимо, чтобы мы обучили рекрутов и провели их ассимиляцию в кратчайшие сроки. У Шварц и без того будет много работы по устранению созданной ими неразберихи. Встречаемся в холле через час десять минут. Много вещей не берите. Все необходимое всегда можно будет купить в Токио, - Кроуфорд вышел из комнаты, стремясь как можно быстрее начать операцию. Наконец-то он приближался к своей мечте - свободе от Эстет.
Он не прошел и двух метров по коридору, как его догнал мысленный голос телепата. <Помни, Брэдли, как только мы прибудем в Токио, я потребую ответы на свои вопросы.> Оракул мысленно согласился и, как ни в чем не бывало, продолжил свой путь. Шульдих получит некоторую информацию, но Кроуфорд вовсе не собирался делиться всем, что ему было известно. Будет намного забавнее, если телепат останется в неведении относительно собственного будущего. На лице американца промелькнула мимолетная ехидная улыбка.
*******
Айя устало откинулся на тонкий футон, заменявший ему кровать. Он тщетно пытался отделаться от постоянно мучивших его кошмаров, стараясь забыться в многочасовых тренировках с катаной. Теперь ему нужно было отдохнуть пару часов, прежде чем идти на работу. Он бы с удовольствием обошелся совсем без сна, вот только стоило ему появиться на работе с темными кругами под глазами, как излишне заботливый начальник так и норовил завернуть его обратно. На строительной площадке не было места усталым работникам - там существовало слишком много потенциальных опасностей. По крайней мере, это сообщал ему начальник каждый раз, когда отправлял домой измотанного недосыпанием Айю.
Фуджимия фыркнул. Как будто ему было какое-то дело до собственной судьбы. Если бы только он не дал своей сестре опрометчивого обещания, когда она на минуту очнулась от комы только для того, чтобы покинуть его навсегда. Он поклялся, что будет продолжать жить и помнить ее, и это обещание довлело над ним каждый день. Теперь, когда он отомстил за сестру, оно было единственным, что мешало вскрыть себе вены катаной. Кожа его рук ежедневно покрывалась все новыми и новыми неглубокими порезами. Айя очень надеялся, что однажды он не удержит катану, и ее лезвие войдет глубже, чем обычно, разрезав при этом вены. Однако этого не происходило. Как будто сестра оберегала его, словно некий христианский ангел-хранитель. Каждый вечер, закончив делать ката, он убирал катану, принимал душ и ложился на футон, уже с некоторой безысходностью ожидая прихода сна и неизбежных кошмаров. Последние становились непременным атрибутом каждой ночи.
Как бы он ни выматывался, сны оставались прежними. Перед ним одно за другим возникали события прошлого. Во сне Айя видел неподвижное тело своей сестры, наполовину скрытое обломками здания, где располагался офис его отца. Он вновь не мог ничего сделать, чтобы спасти ее. Потом все исчезло, кроме череды мертвецов, отмеченных его катаной. Они снова и снова напоминали ему, что месть не принесла ничего, кроме несмываемых пятен крови на руках. Они дразнили его самим фактом своей смерти - он был жив и пообещал оставаться живым вне зависимости от того, как много боли было в его сердце. И, наконец, перед Айей появились его бывшие товарищи по команде. Он тянулся к ним, но не мог сделать ни шага. У него не было сил что-либо предпринять, пока они, не оглядываясь, уходили все дальше и дальше. Один лишь Кудо чуть обернулся и бросил на него через плечо презрительный взгляд.
Тихо застонав, Айя свернулся калачиком и наконец-то провалился в тяжелую дрему без сновидений.
*******
Подавив зевок, Шульдих прислонился к стене, наблюдая, как Инициатор - пожилой крепко сложенный австриец - осматривает одну комнату за другой. Ему, видите ли, захотелось выбрать себе лучшие апартаменты.
- Если кто-нибудь посмеет разбудить меня, мозги ему больше не понадобятся. Пока не будут готовы новобранцы, чтобы и духу вашего здесь не было.
С этими словами неприятный гость захлопнул за собой дверь спальни. Закатив глаза, Шульдих направился в противоположный конец коридора. Он хотел оказаться как можно дальше от других, особенно от Берсеркера и Инициатора. Не то чтобы такая мера сильно помогала, но нелишним было все, что уменьшало давление чужих разумов на его собственный.
Телепат до сих по не мог поверить, что Эстет арендовали им целый этаж здания, объединив несколько больших квартир в единый комплекс. Здесь достаточно спален, даже с учетом новых рекрутов, а еще и кабинет для Кроуфорда, и большой спортзал. Не говоря уже об отдельных ванных, кухне, гостиной и столовой. Такая роскошь заставляла Шульдиха нервничать - он не привык к подобному отношению со стороны собственной организации. Все это порождало неизбежные подозрения в отношении намерений Старейшин. Этим развалинам явно что-то требовалось от их команды, и счет им еще предъявят.
Обнаружив в собственной комнате балкон, Шульдих вышел на него покурить, лениво рассматривая людей, суетившихся на улице тринадцатью этажами ниже.
Через какое-то время к нему присоединился лидер Шварц.
<Брэд, Какова вероятность того, что они установили здесь жучки?>
<Приятно видеть, что твоя паранойя жива и здорова. Не волнуйся, здесь нет подслушивающих устройств. Эстет не хотят рисковать, что их найдут новобранцы. Им хочется, чтобы те чувствовали себя легко и непринужденно.> Кроме того, дар Кроуфорда показал, что их хозяева не будут иметь представления о том, что произойдет в этих стенах. <Инициатор уснул?>
Шульдих кивнул. <Да. Этот брюзга отрубился в мгновение ока. Надеюсь, что он будет проводить в своей комнате большую часть времени. Я-то уж точно не горю желанием общаться с ним. Теперь колись, Брэдли. Что ты видел?>
Опершись на поручень, американец пристально посмотрел на своего коллегу. <Шульдих, они - ключ к нашей свободе. Я не до конца понял все детали, но если мы завоюем их доверие, то они станут инструментом, который позволит нам освободиться от Эстет. Абиссинец будет особенно важен для реализации этого плана, поэтому я хочу, чтобы ты уделил ему все свое внимание. Кроме того, он тоже телепат, так что будет весьма логично, если ты возьмешься за его обучение. Наги займется Сибиряком, а с Балинезом проблем вообще не возникнет, если его товарищи по команде будут в наших руках.> По крайней мере, больших проблем. Кроуфорд на секунду вспомнил один из образов возможного будущего и с трудом подавил усмешку. <Если мы хотим выжить, то должны переманить их на свою сторону.>
<Ты мне не все сказал.> Шульдих щелчком отправил окурок через поручень и недовольно посмотрел на Кроуфорда. <Что ты скрываешь?>
Ответом был честный взгляд карих глаз. <Только то, что необходимо. Есть вещи, которые не произойдут, если ты или кто-то еще узнает о них раньше времени.>
Шульдих скорчил гримасу и нервным движением пригладил волосы.
- Ты был и остаешься скрытным сукиным сыном.
Немец решил сменить тему, прежде чем желание выбить из Оракула ответы станет неодолимым. В конце концов, это все равно ни к чему не приведет - данную истину Шульдих уже давно выяснил на своей собственной шкуре. <Итак, смазливый мальчик оказался телепатом. И насколько могущественным?>
<Более чем. Когда он полностью овладеет собственным даром, то окажется никак не слабее тебя. Будь осторожен.>
- Спасибо, папочка, я и не знал, что ты так обо мне заботишься, - довольный тем, что последнее слово осталось за ним, Шульдих еще раз бросил взгляд вниз, на оживленные улицы Токио. - Ну ладно, если ты больше не хочешь ничего мне сообщить, то я пойду баиньки. Да, кстати, эффект фарфиных лекарств продержится недолго. Он приходит в себя. Не хочешь поместить его в одну комнату с нашим гостем? Нет? Какая жалость.
С притворным вздохом Шульдих вернулся в свою спальню, по дороге стягивая с себя одежду. Не глядя на него, Кроуфорд тоже покинул балкон, быстро пересек комнату и аккуратно прикрыл за собой дверь. Перед сном Шульдих еще раз подумал о своих будущих товарищах по команде. Итак, Наги достался футболист. Что же такого, интересно, натворил малыш, что ему так не повезло? Уж лучше быть на месте самого Шульдиха - тому хотя бы достался Абиссинец. Немцу всегда нравились светлокожие красавцы. Впрочем, он вовсе не расстроился бы, если бы ему поручили Балинеза - тот был почти также красив, а уж развлечься с ним точно можно было бы намного лучше. Однако выбирать не приходилось, по крайней мере, пока. Но вот если Кроуфорд окажется прав... Шульдих собирался сделать все возможное, чтобы вновь прибывшая троица заняла положенное им место. Он ни в коей мере не собирался упускать свой единственный шанс получить свободу. Котята войдут в Шварц, даже если для этого ему лично придется разобрать их мозги по кусочкам и собрать из получившегося паззла послушных рабов.
*******
Йоджи с трудом подавил зевок. Ночь сложилась неплохо. Ему следовало бы быть дома еще пару часов назад, но у снятой на ночь девушки оказалась на удивление удобная мягкая кровать. Из нее было просто невозможно вылезти рано утром. По крайней мере, до тех пор, пока сама девушка не проснулась и не выставила плейбоя из дома, готовясь к очередному рабочему дню. В принципе, и самому Йоджи не помешало бы заняться работой через пару часов. Вот только сначала положительно надо было еще чуть-чуть поспать. Если и были плюсы в том, чтобы вести дела самостоятельно, так это гибкий график работы. Учитывая то, что Йоджи зачастую приходил домой не раньше полудня, подобный график был оптимальным.
Поднимаясь по ступенькам к своей квартире, Балинез вспомнил свою прежнюю работу. Если бы сейчас он направлялся в свою комнату на втором этаже Конеко, то, скорее всего, столкнулся бы с открывающим магазин Айей или собирающимся в школу Оми. А это бы привело к недовольному холодному взгляду или лекции о недопустимости подобного поведения - в зависимости от того, на кого бы он попал. Была в этом некая ирония. Большую часть ночей он убивал людей, но при этом товарищи по команде считали походы по барам его самым большим недостатком. Странной они были компанией.
Впрочем, теперь все осталось в прошлом. Воспользовавшись смертью Персии, они зажили своей жизнью, вырвавшись наконец-то из цепких лап Критикер. Один только Айя был исключением из этого правила. Их красноволосый лидер казался таким потерянным, когда понял, что команда распадается и миссий больше не будет. На секунду Йоджи подумал, что, возможно, следовало предложить Айе пойти с ним. Даже если бы тот и отверг это предложение, сделать его все-таки стоило.
А, ладно - главное, что все сложилось как нельзя лучше. Если бы они остались в Токио, и в Критикер вспомнили об их существовании, то ни к чему кроме преждевременной смерти это бы не привело. Наемные убийцы обычно до пенсии не доживают. Теперь же бывшие члены Вайс получили возможность зажить нормальной жизнью. Оми учился в школе, Кен возился со своими детьми, а Йоджи вернулся к своей прежней работе и проводил ночи в барах. Айя тоже чем-то там занимался. Может, они и не заслужили второй шанс, но отказываться от него было бы глупо.
Похмелье, недосып и собственные мысли не дали блондину вовремя заметить присутствие посторонних в своей квартире. Уже запирая дверь, Йоджи услышал за спиной скрип половицы. Он резко повернулся, но успел лишь заметить иностранца в очках, чей кулак на приличной скорости шел на контакт с его головой. Затем вышеупомянутый кулак встретился с йоджиным подбородком, а дальше была только темнота.
- Не могу не признать, что несколько разочарован, - заметил Шульдих. - Всего один удар, и он в отключке. И это человек, убивший Фенриса? Слушай, а обязательно было бить его по лицу? Как-то невежливо - вот так сразу...
Кроуфорд строго посмотрел на не в меру болтливого немца.
- Умные комментарии на время закончились? Теперь позаботься о том, чтобы никто не заметил, как я несу его к машине, - внимательно осмотрев напоследок квартиру, Оракул убедился, что никаких подозрительных следов оставлено не было. Он и Шульдих уже забрали всю одежду Балинеза. Теперь должно было создаться впечатление, что тому здесь все просто наскучило, и он сменил место жительства. Это было вполне логично, учитывая сложившуюся репутацию Кудо и его прошлое. Пройдет не меньше нескольких дней, прежде чем какие-нибудь слухи дойдут до Критикер, и они вышлют кого-то из своих агентов для расследования. Забросив находящегося без сознания Йоджи на плечо, Кроуфорд кивнул в сторону двери.
- Пошли.
- Да, мой фюрер.
Нет, все-таки если бы проклятый немец не был так полезен, Кроуфорд уже давно поддался бы желанию пристрелить его и сделать свою жизнь намного спокойнее.
*******
Попрощавшись с детьми, Кен начал собирать вещи, разбросанные по всей раздевалке. Ему потребовалось несколько минут, чтобы найти все мячи и убрать их в специальный мешок. Все были так обрадованы сегодняшней победой, что просто побросали форму где попало. Пожалуй, завтра надо будет поговорить с ребятами об этом. При мысли о возможном «серьезном разговоре» Кен улыбнулся. Он постарается прочитать детям нотацию, но пара плакс неизбежно начнет хныкать, и он снова сдастся. Оми в свое время выработал у него что-то вроде условного рефлекса. Уж тот-то знал, как скорчить в нужный момент жалобную гримасу.
Кен убрал все вещи, выключил свет и закрыл раздевалку. Он направился через футбольное поле к своему мотоциклу. Обычно в этот час на стоянке оставался только его байк, но сейчас рядом с ним стоял какой-то микроавтобус. Странно, ведь школа уже давно была закрыта. Тут Кен заметил направлявшегося к нему темноволосого подростка лет тринадцати-четырнадцати, одетого во что-то вроде школьной формы.
- Ты что, пришел сюда за своим братиком или сестренкой? Все, кроме меня, уже ушли.
Мальчик не сказал ни слова, продолжая идти к нему. Кен занервничал, хотя и не мог объяснить, почему.
- Ты кого-то ищешь? - по-прежнему никакого ответа. Услышав, как хлопнула дверца машины, Кен кинул взгляд на микроавтобус и увидел, что на стоянке теперь появился светлокожий иностранец с руками, замотанными бинтами.
Нервозность Кена увеличилась, и он поплотнее сжал свой мотоциклетный шлем. Он не знал, что задумали мальчик и тот парень, но был готов драться, если это будет необходимо. Впрочем, до мотоцикла оставалось всего ничего. Возможно, ему удастся просто прыгнуть на него и уехать. Шестое чувство подсказывало, что дело может принять неприятный оборот. Больше не тратя время на раздумья, Кен отбросил в сторону свою спортивную сумку и бросился к мотоциклу.
Вот только когда до желанной цели оставался всего какой-то метр, Кен обнаружил, что не может больше сделать ни шагу.
- Какого че..., - Кен не успел даже выругаться, как какая-то сила ударила его о стенку микроавтобуса. Полуоглушенный, он все же попытался встать, помня о присутствии неподалеку иностранца. Он успел подняться на четвереньки, но тут на него неожиданно нахлынуло непреодолимое желание свернуться в клубок. Только это и уберегло его ребра от перелома, который неизбежно последовал бы за сильным пинком. Впрочем, боль все равно была страшной. Полученный удар откинул его на спину. Пока Кен приходил в себя, светловолосый молодой человек уселся у него на груди, прижав руки к земле своими коленями, и начал душить. Кен извивался, пытаясь скинуть с себя нападавшего, но все его потуги ни к чему не привели. Уже теряя сознание, он еле расслышал тихо сказанное подошедшим мальчиком:
- Нам очень жаль.
*******
Игнорируя ноющие мышцы, Айя медленно шел домой из додзе, где он тренировался сегодня вечером. Было приятно позаниматься в большом зале, но он нечасто позволял себе такое удовольствие. Люди начинали задавать множество неудобных вопросов о его прошлых учителях и соревнованиях, где он выступал. Из-за этого Айя редко ходил в додзе и предпочитал делать это уже достаточно поздно вечером, когда все стремились побыстрее уйти домой, а не задавать вопросы незнакомцу.
Он мог бы приехать на своем Порше, но Айя хотел как можно сильнее измотать себя, так что не имел ничего против пешей прогулки, а лишний риск в его случае только приветствовался. Пребывание в его районе поздно вечером в одиночку определенно могло рассматриваться как риск, вот только, к сожалению, никто ни разу так и не попытался пристать к нему. Айю окружала ледяная аура, оставшаяся еще с тех времен, когда он был Абиссинцем, членом Вайс. Он был убийцей, и никто не понимал этого лучше, чем та шантрапа, которая скрывалась в темных закоулках.
Свернув на боковую улочку, которая позволит растянуть дорогу до дома на два дополнительных квартала, Айя чуть приподнял голову и замедлил шаги. Пожалуй, в сложившемся правиле наметилось исключение. Сегодня он кого-то явно заинтересовал. Фуджимия достал из чехла свой бамбуковый меч и отбросил сумку на землю, спокойно ожидая нападения. Из тени вышел молодой человек с длинными рыжими волосами.
- Очень впечатляюще. Я уверен, что не издал ни звука. Как ты узнал, что я жду тебя? - Шульдих улыбнулся, ничуть не обескураженный встречным молчанием. Телепат быстро понял, что все попытки получить ответы из мыслей Абиссинца ни к чему не приведут - тот оказался обладателем весьма впечатляющих ментальных щитов. - Я слышал, что вы, японцы, очень вежливая нация. Ты что, так и будешь молчать?
- У меня нет денег. Убирайся, - Фиолетовые глаза все также пристально следили за каждым его движением.
<А что если меня интересуют вовсе не твои деньги? А что если меня интересуешь ты сам?>
Айя крепче обхватил меч, остро пожалев, что это не катана. Фуджимия готов был поклясться, что услышал голос в своей голове, причем губы незнакомца при этом не двигались. Он резко обернулся, почувствовав, что в переулке они были не одни. Айя сделал резкий выпад мечом в сторону другого иностранца, который еле успел уйти с траектории удара. Когда он попытался повернуться назад к длинноволосому, оставшемуся у него за спиной, то ощутил сильный удар, бросивший его на землю. Соперник подкрался сзади и сейчас навалился сверху, блокируя его движения. Удивившись, как ему удалось переместиться с такой скоростью, Айя резко ударил локтем назад. Шульдих вскрикнул от боли, но продолжал держать его. К ним подошел Кроуфорд, на ходу доставая шприц, содержимое которого было быстро введено в руку Айи. Абиссинец не переставал проклинать своих нападавших до тех пор, пока все окончательно не померкло перед его глазами. Последней его связной мыслью было, что смерть стала бы лучшим исходом сегодняшнего вечера.
Со стоном распрямившись, Шульдих потер ребра и взглянул на распростертого у его ног фехтовальщика.
- Балинез мне понравился больше. Он хотя бы не доставил никаких проблем. На что спорим, синяк теперь продержится не меньше недели?
Кроуфорд поправил очки и неодобрительно посмотрел на телепата.
- Ты недоволен, что для разнообразия пришлось поработать? Перестань скулить, бери его и пошли.
Шульдих поднял Абиссинца и нахмурился, когда понял, что тот практически ничего не весит. Впрочем, не возмутиться после таких замечаний Оракула он просто не мог. <Почему это именно я должен его тащить?>
- Потому что я нес Балинеза. Шульдих, ты когда-нибудь прекратишь жаловаться? - Кроуфорд открыл дверцу машины, чтобы телепат поместил свою ношу на заднее сиденье его БМВ. - Не хочется тебя расстраивать, но это были цветочки. Настоящая работа начнется, когда все три спящие красавицы придут в себя.
Сев на переднее сиденье, Шульдих с уважением оглянулся на Айю. Кто бы мог ожидать, что такой худощавый и обманчиво хрупкий молодой человек будет бить с такой силой? И это был не единственный неожиданный момент.
- Брэдли, ты оказался прав. Он - очень мощный телепат, я еле смог проникнуть за его щиты. Насчет стремления к смерти ты тоже прав, его последней мыслью было желание больше не проснуться. Должен признать, что с ним точно не все в порядке.
Впрочем, все это делало молодого человека только более интригующим. Шульдих до сих пор чувствовал, как его разум практически вибрирует от даже небольшого прикосновения к мыслям Абиссинца. Мысленный контакт с другими телепатами всегда оставлял ощущение какого-то странного возбуждения, вот только на этот раз не было негативных последствий, обычно сопровождавших подобную связь. Шульдих так увлекся анализом собственных ощущений, что прослушал ответную реплику Кроуфорда.
- Извини, что ты сказал?
- Я сказал, что всегда прав. Не было еще случая, чтобы я ошибался, - Кроуфорд уверенно вел машину на предельно допустимой скорости, стремясь как можно быстрее вернуться в Токио.
- А как насчет случая в Дрездене? Когда мне прострелили бедро? Пара сантиметров вправо, и я мог бы делать певческую карьеру.
Американец усмехнулся.
- Ах, ты о том случае. Я знал, что тебя ранят, мне просто хотелось пару дней покоя, пока ты валялся на больничной койке.
<Кроуфорд!!!>
*******
- Чтец, Вундеркинд. Один из наших гостей вот-вот придет в себя, идите и поприветствуйте его, - Кроуфорд даже не удосужился отвлечься от компьютера, который он сейчас устанавливал. Двое его идиотов-подчиненных находились в холле, препираясь о том, какой фильм лучше смотреть следующим.
Шульдих заглянул в офис.
- А почему это именно мы должны выступать с приветствием? Тебе не кажется, что на эту роль лучше бы подошел ты - наш гениальный предводитель?
- Просто ваши способности легче продемонстрировать, чем мои. Кудо и остальным потребуется какое-то доказательство, прежде чем они поймут, что в мире есть такие вещи, как телепатия и предсказание будущего. Теперь идите.
- Но, Кроуфорд...
Американец знал волшебное слово, позволяющее заткнуть своего подчиненного, и не замедлил им воспользоваться:
- Наги! - прежде чем Шульдих смог продолжить свои жалобы, Наги перехватил его и пролевитировал назад, в холл, запечатав рот невидимым кляпом. <Самодовольный ублюдок!> Проигнорировав оскорбление, Кроуфорд спокойно вернулся к своей работе.
*******
Первое, что он почувствовал, когда пришел в себя, была ноющая челюсть. Затем Йоджи отметил пересохшее горло и отчаянную потребность в куреве. Сразу после этого он понял, что спит в комнате, не пропитанной запахом табака. То есть это точно была не его комната. Тут-то он и вспомнил, как вернулся в свою квартиру, и кто-то вырубил его. Заставив свое тело повиноваться, Йоджи открыл глаза и сделал попытку сесть. По какой-то причине на этом этапе организм сотрудничать отказался.
<Это из-за вколотого тебе наркотика. Надо же было как-то гарантировать, что ты не придешь в себя, пока мы доставляем тебя обратно в Токио.>
В дверном проеме стояли двое - иностранец с длинными рыжими волосами и хрупкий тинейджер. Йоджи оценивающе посмотрел на них, отметив самодовольную усмешку на лице гайджина, а затем обвел взглядом комнату. Она была намного больше и чище, чем его собственная квартира. На стуле валялась охапка того, что, как он предположил, было его одеждой. По привычке схватившись за запястье, блондин не особенно удивился отсутствию часов. На нем вообще были только боксеры. Не увидев поблизости ничего, что можно было бы использовать в качестве оружия, он снова взглянул на незнакомцев.
- Кто вы такие и что вам от меня надо? - его голос был хриплым и чуть сорвался в конце. «Да уж Кудо, ты умеешь производить устрашающее впечатление».
<Этого у тебя не отнимешь. Кстати, миленькая татуировка. Что касается заданных вопросов, то перед тобой новые товарищи по команде, которых ты - не поверишь -заинтересовал своими умственными способностями. Такое с тобой, наверняка, впервые.>
- Что за чертовщина... - Йоджи готов был поклясться, что губы ни одного из незнакомцев не двигались, но в то же время он отчетливо слышал произносимые слова. И как вообще говорящий узнал его мысли? Тело Йоджи напряглось, готовясь сбить с ног длинноволосого иностранца и вырваться из комнаты.
Шульдих усмехнулся, доставая из пачки сигарету и зажигая ее. Он знал, как нестерпимо Балинезу сейчас хотелось курить. <Наги, приготовься. Он собирается попробовать напасть на меня. Постарайся произвести на него неизгладимое впечатление.> Йоджи выбрал для нападения момент, когда Шульдих выдыхал струю дыма. Немец с удовольствием смотрел, как блондин застыл на середине броска и так и повис с ужасно удивленным выражением на лице. Шульдих рассмеялся. <Видел бы ты себя со стороны. Вот, лови подарочек.> Он послал Балинезу изображение самого Йоджи, висящего в воздухе с полуоткрытым ртом и удивительно похожего на выброшенную на сушу рыбину.
Йоджи решил списать все на сон. Так просто не бывает. Его держала невидимая сила, и он был не в силах пошевелить ничем, кроме головы. Тут еще какие-то два незнакомца в комнате. Да, ему все это снится - другого объяснения быть не может. Господи, и почему его подсознанию мало стандартных кошмаров и эротических снов?
<Блондинчик, извини, что разрушаю такую уютную иллюзию, но это не сон. Это действительно происходит. Добро пожаловать в реальный мир. Мир, где существуют телепаты и телекинетики. И кстати - еще один сюрприз. Ты теперь часть этого мира. Впрочем, ты всегда ею и был.> Шульдих отбросил недокуренную сигарету в мусорное ведро и показал на постель.
- Наги, верни его туда, но не спускай с него глаз, - он смотрел, как Балинеза бесцеремонно бросили на кровать. Тот пока не предпринимал новых попыток нападения, пристально следя за действиями своих визитеров. - Если будешь сотрудничать с нами, с тобой ничего страшного не произойдет.
Шульдих зажег еще одну сигарету и осторожно протянул ее Балинезу.
Взяв сигарету, Йоджи понюхал ее, а затем взял в рот. К сожалению, в ней не было ничего, кроме табака. Обвинить неведомую травку в происходящем не получалось.
- Так кто же вы такие? И нафига вам нужен я? - всегда была надежда, что видимое спокойствие поможет ему получить ответы на свои вопросы и даст возможность подловить эту парочку и вырваться на свободу.
- И снова все те же два вопроса. Ты такой скучный. Меня зовут Шульдих, он Наги. Мы входим в Шварц - команду убийц, работающую на организацию под названием Эстет, о которой ты раньше не слышал, так что не будем заострять на этом внимания. Ты находишься здесь потому, что с настоящего момента также являешься частью команды. Добро пожаловать. Скоро сам убедишься - у нас тут намного веселее, чем в Вайс.
Проклятье! Так эти ублюдки знали о Вайс, а Йоджи так надеялся, что все происходящее никак не связано с его прошлой работой.
- Прошу прощения, но не помню, чтобы подписывался на что-то в этом роде. Почему бы вам просто не отпустить меня? - получив в ответ два ехидных хмыканья, Йоджи попытался сделать молящее выражение лица, которое так удавалось Оми. - Ну пожаалуйста...
Ему надо было как-то выбраться отсюда. Ни за какие коврижки он не собирался оставаться в компании этих ненормальных.
- Извини, но так не пойдет. Знаешь ли, нам нельзя позволять людям с талантом просто так отказываться от сделанных предложений. Можешь привыкать к тому, что стал Шварц «пока смерть не разлучит нас». Контракт пожизненный. Балинез, Эстет не позволят тебе соскользнуть с крючка так, как это сделали Критикер. <Если попробуешь напасть на нас еще раз, Наги обойдется с тобой уже не так мягко. Пойми, мы все знаем про тебя. Все, что ты делал последние несколько лет, и все, на что ты способен. Если бы не мы, тебя подобрала бы какая-нибудь другая группа, и уверяю, их обхождение тебе понравилось бы намного меньше. Так что уясни раз и навсегда - ты теперь один из нас.>
- Не дождетесь! - Йоджи попытался еще раз кинуться на Шульдиха, но его почти сразу же с силой отбросило назад. - Представления не имею, какого дьявола я вам понадобился. Оставьте меня в покое!
Окончательно потеряв терпение, Шульдих цветисто выругался по-немецки и дал пощечину своему новому товарищу по команде.
- Слушай, кретин, мне осточертело повторять одно и то же. Ты теперь Шварц. И тебе не удастся ничего с этим поделать, - Балинез попытался что-то сказать, но Шульдих быстро отнял у него эту способность. - Как вообще по-твоему юнец, которого вышибли из школы, смог выжить, и даже добиться некоторого успеха в качестве частного детектива? Все эти твои «удачные идеи», которые помогали вести расследование и отыскивать то, что требовалось? Да ты бы и шагу не сделал без своего дара.
Шульдих проник глубоко в разум Йоджи, игнорируя причиняемую им боль. Такая мелочь, как чужая глупость, не должна была встать между ним и свободой от Эстет. Он искал и находил все новые подтверждения сказанного, после чего бросал Балинезу один образ за другим.
- Твой дар пока еще не достиг своего пика, но мы об этом позаботимся в самом скором времени. После этого ты станешь желанной добычей для любого, стремящегося обладать таким даром. Альтернатива - воспользоваться нашей защитой. Ты имеешь хоть какое-то представление о том, как хорошо с тобой сейчас обращаются? Может, ты хочешь провести следующую пару лет в аду, где тебя будут ломать до тех пор, пока не превратят в послушного хорошо обученного солдата? Так пожалуйста, ты на верном пути. Будешь и дальше продолжать в том же роде, и такая судьба тебе обеспечена. Вот только позволь дать совет - веди себя нормально, оденься и смирись, наконец, с тем, что ты больше не свободный человек. Впрочем, тебе эта свобода и не светила с самого начала. Через пару недель Критикер все равно нашли бы тебя и вернули к прежней работе вместе с остальными Вайс.
Балинез решил использовать свой последний козырь.
- У меня есть друзья, и они освободят меня. Можете считать себя покойниками, - по крайней мере, он надеялся, что остальные члены Вайс придут ему на помощь. В конце концов, Оми начнет что-то подозревать, если не получит от него через пару дней обычного электронного письма. Пусть эта надежда и была призрачной, но Йоджи решил верить, что его бывшие товарищи по команде появятся здесь через пару дней и надерут задницы этим самоуверенным ублюдкам.
<Все лучше и лучше. Уж извини, что разочаровываю, но ты - не единственный, кого мы взяли. Может, если ты будешь примерно вести себя, мы позволим тебе попозже поговорить с Сибиряком и Абиссинцем. Когда они придут в себя.>
- Ты лжешь, - прошептал Йоджи. Это было единственным объяснением. Что-то екнуло у Йоджи под ложечкой, когда мальчишка торжествующе улыбнулся ему. А затем его разум был наполнен картинками Кена и Айи, спящими в комнатах, подобной той, где лежал он сам. - Проклятье! - они наверняка блефовали.
Шульдих потрепал Йоджи по голове. <Извини, но это не так. Я хочу, чтобы ты понял, - если ты заставишь меня повторять одну и ту же прописную истину еще пару раз, то я выжгу ее на твоем сером веществе так, что ты ни о чем другом и думать не сможешь. Запомни - ты и твои друзья теперь принадлежите Шварц.>
- Наги, пошли, наш новый друг должен спокойно обдумать пару вещей, - придержав дверь для Наги, Шульдих бросил последний взгляд на Балинеза. Тот лежал на кровати прекрасной иллюстрацией отчаяния, снова и снова повторяя: «Это ложь». Пожалуй, такое начало отношений вряд ли можно назвать благоприятным. А ведь придется пройти через эту процедуру еще два раза.
*******
<Шульдих, подойди сюда.>
Как раз приготовившись откусить большой кусок аппетитного сэндвича, телепат тихо выругался и решил игнорировать вызов. Великий Кроуфорд подождет, пока он не поест. Шульдих и так вымотался, разбираясь с двумя самыми упрямыми людьми на этой планете. Сибиряк оказался еще хуже Балинеза, причем, судя по задаткам, мог стать берсеркером чуть ли не покруче Фарфи. Только присутствие Наги не позволило ему вынуть Шульдиху сердце голыми руками. Впрочем, этот хотя бы легче, чем Балинез, признал способности телепата и телекинетика. Правда, немалую роль в такой сговорчивости сыграл, наверное, тот удар о микроавтобус. Жаль только, что единственным желанием Хидаки было не войти в Шварц, а убить своих новых товарищей по команде. Причем когда он узнал о присутствии двух других членов Вайс, то стал абсолютно невменяемым.
В целом, это был не самый удачный день. А завтрашний обещал стать еще хуже.
<_СЕЙЧАС ЖЕ_.>
<Брэдли, успокойся. Я ем. Что бы там ни было, оно может подождать еще пять минут.> Господи, их лидеру явно требовалось найти себе какое-нибудь хобби помимо издевательств над Шульдихом. Какая жалость, что он не мог свободно прогуляться по голове Оракула и включить полностью заблокированный сексуальный инстинкт. Возможно, если бы у Кроуфорда появилась любовница или любовник, он бы тратил больше времени на себя, и меньше приставал к остальным. Закинув в себя пару кусочков чего-то маринованного, Шульдих бросил тарелку в раковину, налил себе кофе и пошел посмотреть, что же припас для него мистер Всеобщее Повиновение. Он нашел Кроуфорда в комнате Абиссинца. <Что ты теперь от меня хочешь?>
Кроуфорд показал рукой в сторону лежащего на кровати красноволосого юноши.
- Он должен был бы уже прийти в себя, доза была не такой большой. Инициатор не может ничего с ним сделать, пока он в таком состоянии, да и вообще это неестественно. Разбуди его.
- Я тебе что, будильник? - возмутился немец. - Тебе надо, ты его и буди.
- Я пытался. Вода, тряска, боль - ничего не помогло. Теперь залезь в его мысли и посмотри, почему он все еще без сознания, - Кроуфорд скрестил руки на груди и стал ждать дальнейших действий Чтеца.
Что-то прошипев сквозь зубы, немец сунул Оракулу свою чашку кофе и присел на кровать. Пробное касание разума ничего не дало.
- Брэд, похоже, что его больше нет дома.
- Ну так найди его, где бы он ни был, и приведи обратно. Он нужен нам в здравом уме и полном сознании.
Вздохнув, Шульдих попытался снова. По-прежнему ничего. Он не мог ничего сделать, пока не проникнет через имеющиеся щиты. Он скинул со лба Абиссинца отросшую длинную челку, и почувствовал что-то при контакте. Прижав руку к щеке, он почувствовал, как щиты стали еще тоньше. Похоже, что через них можно было проникнуть, используя банальное прикосновение. Шульдих сдернул одеяло и схватил другого телепата в охапку, чувствуя, что барьеры ослабевают все больше по мере того, как все больше обнаженной кожи прикасается к нему. Прислонившись лбом ко лбу Абиссинца, Шульдих наконец-то смог пройти через поставленные барьеры.
Темнота. Его окружала темнота. <Эй, кис-кис-кис, выходи. Нечестно тут прятаться.> Ага, в уголке он заметил искру какой-то сознательной мысли. Потянувшись к ней, Шульдих оказался в центре больничной палаты. Перед ним Абиссинец, с более длинными, чем сейчас, волосами, держал за руку хрупкую девушку.
- Пообещай мне, брат... пообещай мне. Я буду жить, пока жив и ты.
На глазах у Шульдиха Абиссинец зарыдал и поклялся, что будет продолжать жить. Лежавшая на больничной койке девушка чуть улыбнулась, а затем закрыла глаза. Шульдих почувствовал боль в груди и увидел перед собой два сияющих аметистовых глаза.
- Это был последний день, когда я плакал. Последний день, когда я жил, - с этими словами Абиссинец снова растворился во тьме.
Проклятье. Он не должен был выпускать его из виду так легко. Бросившись за Абиссинцем, Шульдих натолкнулся на другую сцену. На этот раз тот пронзал мечом какого-то японского бизнесмена плотного телосложения. Оба они стояли на крыше здания, окруженные отблесками пожара. Оглянувшись по сторонам, Шульдих увидел тело Локи, неподвижно лежащее около лестницы. Абиссинец стоял над трупом лидера Нахт, бесстрастно наблюдая за тем, как бизнесмен падает на колени и жизнь уходит из него с каждой каплей крови.
- Все эти жертвы были напрасны. Айя-тян мертва, а я превратился в убийцу, - восхитительные глаза снова посмотрели на него. - Убирайся, и оставь меня в покое. Я не вернусь, - с этими словами Абиссинец снова исчез.
Нет, определенно, когда он в следующий раз догонит этого маленького ублюдка, он посадит его на поводок, чтобы тот уже никуда не делся. Это было нелепо - ему, опытному телепату, приходилось бегать за каким-то необученным юнцом. Поблагодарив Бога за то, что его собственные товарищи по команде не видят этого позора, Шульдих снова пустился в погоню. На этот раз действие разворачивалось в цветочном магазине, полном разбитых горшков и осколков. То тут, то там лежали увядшие растения. Шульдих узнал трех человек из четырех и решил, что четвертый мальчик, наверно, и был Бомбеец. Все они спорили о чем-то, размахивая руками и крича друг на друга.
- Нет, Персия мертв, и я не собираюсь здесь больше оставаться. С меня хватит убийств! - с этими словами Сибиряк повернулся и вылетел из комнаты. За ним вышел Бомбеец. Балинез помедлил секунду, как будто хотел что-то сказать Абиссинцу, но затем тоже вышел. Красноволосый юноша стоял один посреди брошенного магазина, крепко обхватив себя руками. Мысленное сканирование позволило Шульдиху обнаружить настоящего Абиссинца, который стоял в тени и смотрел на дверь, в которую вышли его друзья. Он бросился к нему и обхватил его за талию. <Нет уж, на этот раз ты никуда не денешься.>
Практически неуловимым движением Абиссинец нанес ему удар по голове. <Хватит!> Используя свой рост и больший вес, Шульдих припечатал второго телепата к стене. Несмотря на это, ему еле удалось отбить удар коленом в пах. <Любишь грязные приемчики, да? Расслабься, я не собираюсь причинять тебе вред.>
- Убирайся из моей головы. _СЕЙЧАС ЖЕ_, - телепат в шоке обнаружил, что помимо своей воли начал выполнять приказ и возвращаться в собственное тело. Проклятье, Брэд не ошибся в отношении способностей этого парня. Собравшись, он послал болевой импульс, разрушая концентрацию Абиссинца. Тот охнул от боли и начал оседать вниз. Бросившись вперед, Шульдих подхватил его и опустился вместе с ним. Телесный контакт снова оказался лучшим средством достучаться до упрямца. <Я без тебя никуда не уйду. Сам решай, останемся ли мы здесь или уйдем. Я и тут могу неплохо устроиться.> Шульдиху во что бы то ни стало требовалось привести телепата в сознание, и для этого он был готов выполнить свою угрозу. Кажется, Абиссинец каким-то образом почувствовал это, потому что напрягся в его объятиях.
- Я не собираюсь возвращаться.
Видно, Персия подбирал свою личную команду не только по таланту, но и по степени упрямства. Настолько упертые ребята Шульдиху раньше если и попадались, то никак не оптом. <Послушай меня, тебе все-таки придется вернуться.> Вспомнив первую из показанных им сцен, Шульдих решил сыграть на чувстве вины. <Или ты собираешься нарушить обещание, данное своей маленькой сестренке? Ты прекрасно знаешь, что все это - просто форма самоубийства.> Он почувствовал, как Абиссинец дернулся и попытался отстраниться. <И потом, твои товарищи по команде в наших руках. У нас есть определенные приказы. Если ты умрешь, они дорого за это заплатят.> Ожидая встретить то же неверие в собственные способности, как и у Балинеза и Сибиряка, немец не был готов к неожиданному нападению на собственный разум. Второй телепат вырвал у него образы двух других членов Вайс вместе с приказами в их отношении. Шульдиху еле-еле удалось не дать Абиссинцу узнать о своем разговоре с Оракулом, и то только потому, что он инстинктивно ответил еще более сильным болевым импульсом, от которого находящийся в его объятиях молодой человек дернулся и закрыл глаза. <Черт, мне очень жаль. Какого дьявола ты так поступил? Никогда больше не делай этого.> Запаниковав, Шульдих начал похлопывать Абиссинца по щекам, надеясь, что не нанес его разуму сильного повреждения. Кроуфорд с него тогда шкуру живьем спустит.
Прошло несколько минут, прежде чем дыхание лежавшего нормализовалось, и он открыл глаза.
- Почему вы не можете нас просто отпустить? - Абиссинец снова начал бороться с ним, но Шульдих в ответ лишь крепче обхватил его.
<Потому, фиалка ты моя, что это будет стоить нам наших жизней. Приказы есть приказы, и ты должен понимать это даже лучше, чем твои упертые товарищи по команде. Мы все выживем вместе, oder uberhaupt nicht.> Заметив, что сбивается на свой родной язык, Шульдих постарался упорядочить собственные мысли. Начинало сказываться слишком большое напряжение. Однако, как ни странно, Абиссинец, казалось, понял его. Он осторожно пустил немца обратно в свой разум и позволил показать, что произойдет с ним и его друзьями, если Шварц отпустят их. Сумасшедшую борьбу, которая развернется за обладание тремя необученными талантами. Судьбу самих Шварц в случае, если те не смогут выполнить задание. То, что произойдет с бывшими Вайс, если их пошлют в Розенкройц. Абиссинец содрогнулся и снова закрыл глаза.
- Позволь мне остаться здесь, - это была почти мольба, насколько замкнутый Абиссинец вообще был способен на мольбу. Шульдих покачал головой.
<Все или ничего. Ты жил ради своей сестры, а теперь вынужден отвечать еще за шесть жизней. Но кто сказал, что судьба - справедливая штука?> Он уловил нотку иронии, но затем душу Абиссинца наполнили холодная решимость и еще более ледяное отчаяние. На долю секунды Шульдиху захотелось выполнить его желание, ведь он сам почувствовал, насколько Вайс не хотел жить дальше. Кроуфорд не имел ни малейшего представления, насколько сильным было его стремление к смерти. Шульдиху придется очень пристально следить за этим новым членом Шварц. <Пошли.> Потянув за разум Абиссинца, он начал возвращать его в сознание.
Придя в себя, Шульдих обнаружил, что лежит на постели, крепко обняв Абиссинца. Некоторое время он просто смотрел в фиолетовые глаза, пока второй рыжик не понял, что действие перенесено из ментальной плоскости в реальность. Затем он начал бороться, стремясь вырваться из объятия. Шульдих неохотно отпустил его, удивившись почти болезненному ощущению от того, что их тела больше не находились в тесном контакте. Абиссинец укутался в одеяло и после весьма впечатляющего грозного взгляда снова уснул. Осторожно проведя рукой по его щеке, телепат убедился, что тот не вернулся в свой вымышленный мир, а просто поддался суммарному воздействию усталости и боли. Абиссинец отмахнулся от его руки и чуть слышно недовольно заворчал. Шульдих не смог сдержать улыбку.
- Какой раздражительный котенок.
Встав с постели, Шульдих обнаружил, что Кроуфорд все это время пристально наблюдал за ними.
- Не волнуйся, он просто спит. Я с ним не очень-то ласково обошелся в своем стремлении вернуть его назад.
- Я знаю. На какой-то момент я испугался, что его хватит удар. В будущем постарайся быть осторожнее.
Тихо фыркнув, Шульдих забрал свой кофе и жадно допил его.
- В будущем лучше такого не допускать - сил у парня немерено. Как только он пройдет хоть какое-то обучение, я вообще не уверен, что смогу повторить этот фокус. Сейчас Абиссинец полностью понимает ситуацию, и мне кажется, что он будет сотрудничать и подождет некоторое время со своими суицидальными тенденциями.
- Фуджимия Айя.
- А? О чем ты?
Кроуфорд пошел к выходу, жестом приказав Шульдиху следовать за собой.
- Его зовут Фуджимия Айя, а не Абиссинец. Он и другие больше не являются частью Вайс, и данные им кодовые клички теперь не подходят. Поэтому отныне думай о них как о Фуджимии Айе, Кудо Йоджи и Хидаке Кене. По крайней мере, пока мы не узнаем их новые кодовые имена.
Шульдих снова потянулся к лицу Айи и осторожно отвел длинную прядь, упавшую на лицо спящего. У Айи была странная прическа, но ему она на удивление шла.
- Айя, - попробовал он имя на вкус, а затем вышел из комнаты вслед за Кроуфордом, заперев за собой дверь. - Ладно, я пошел спать. Даже не думай о том, чтобы разбудить меня, пока Инициатор не будет готов, если только не хочешь иметь дело с зомби, питающимся на завтрак чужими мозгами. Эти ребята меня утомили донельзя. Айя будет спать всю ночь, Кудо в сотый раз осматривает комнату, ища возможность убежать, а Хидака отдыхает после того, как разбил и сломал все, до чего смог добраться. Если будут какие-либо проблемы, придется тебе решать их самому. Gute Nacht.
- Спокойной ночи, Шульдих. А ведь сейчас нет еще и семи.
- Это все мелочи, мой фюрер.
Все, что нужно было Шульдиху сейчас - упасть на свою кровать и отрубиться. Завтра начнутся настоящие проблемы, когда Инициатор активирует таланты этой троицы. Вряд ли можно было назвать хорошим тот день, когда что-то могло взорваться в самый неподходящий момент. Шульдих надеялся, что Кроуфорд прав, и ни один из вновь прибывших не окажется телекинетиком или пирокинетиком. Вот уж с кем действительно проблем не оберешься. Вполне достаточно и того, что один из Вайс резко обретет сильные телепатические способности.
Сняв рубашку, Шульдих еще раз подумал о том, как странно он ощущал себя в мыслях Абис..., нет, Айи. Он испытал наслаждение, разительно отличавшееся от ощущений, обычно сопряженных с пребыванием в мыслях других телепатов. Элемент азарта был всегда, но там все портила неизбежная чужеродность. Здесь же ничего такого не было. Шульдих продолжал раздумывать об этом, принимая душ и чистя зубы перед сном.
Уже ложась в постель, он, наконец-то, смог сформулировать свои ощущения. Дело было в необученности Айи, которому не пришлось, образно выражаясь, пройти через жернова Розенкройц. Он просто не создал автоматические устройства защиты, неизбежно возникающие, когда бригада сумасшедших ублюдков на регулярной основе роется в твоем подсознании, оправдывая все спецификой курса. Теоретически все было рассчитано на создание более сильных телепатов, но Шульдих помнил, с какой радостью наставники насиловали его разум на первых этапах обучения. По мере его взросления и овладения защитой эта радость стала меркнуть, и, в конце концов, его оставили в покое. Именно тогда и возникло ощущение чужеродности мыслей других телепатов. У Айи же не было таких защитных барьеров. Сила его таланта делала их ненужными. Черт, да он поставил самого Шульдиха в тупик, пока тот не догадался физически прикоснуться к нему. А ведь в этот момент Айя был без сознания. Когда же его талант наберет полную силу...
В голову Шульдиха неожиданно пришла свежая идея. А ведь ЕМУ придется отвечать за тренировки Айи. Он сам мог решать, включать в курс защитные барьеры или нет. У него появился шанс обучить другого телепата безо всякой боли и садизма, получив при этом возможность окунаться в нирвану каждый раз, когда они будут соприкасаться мыслями. Шульдих обнаружил, что усмехается, и собрал остаток сил, чтобы послать вопрос своему лидеру. <Кроуфорд, ты сказал раньше, что Айя достается мне, ведь так? Что я могу делать все, что хочу, лишь бы он остался в живых. Я правильно тебя понял?>
<Я бы еще хотел оговорить пункт «в здравом уме». Это тоже было бы неплохо. Как ты сам сказал, нам не нужен еще один Берсеркер.>
Шульдих мысленно фыркнул. <Как будто я сам не знаю. Но все же - ты действительно имел в виду то, что сказал?>
Никто не мог сравниться с Кроуфордом в умении выразительно вздыхать при телепатическом разговоре. <Да. Сделай все, чтобы он был жив и в здравом рассудке, чтобы он стал частью команды, и он будет твоим. Даю слово. А теперь оставь меня в покое. Ты просто не представляешь, сколько документов мне приходится сейчас разгребать.>
<Брэдли, тебе давно пора обзавестись личной жизнью.> Впрочем, Шульдих разорвал связь, давая лидеру возможность вернуться к работе. Он ни за какие коврижки не согласился бы занять место Оракула и нести на себе бремя бюрократии Эстет. Сейчас Шульдиха больше всего занимало данное ему обещание. Айя принадлежал ему, и только от немца зависело, будет он обучен или нет. Это было почти также хорошо, как и шанс получить свободу. Последнего можно будет ожидать с меньшим нетерпением, если в его распоряжении будет столь соблазнительный разум, в который можно будет погружаться при каждом удобном случае. Тихая гавань, куда можно уйти прочь от сопровождавшей его дар постоянной боли и от никогда не прекращающегося гула голосов. И это удовольствие будет обоюдным, поскольку рядом с Айей собственные барьеры ему также не требовались. Тот будет жаждать его присутствия в ничуть не меньшей степени.
Шульдих уже проваливался в сон, когда перед его глазами возникло красивое точеное лицо Фуджимии, обрамленное кроваво-красными волосами. Маленькая фиалка. ЕГО маленькая фиалка.
*******
В своем кабинете Брэд Кроуфорд откинулся в кресле с нехарактерной для него улыбкой на лице. Все шло по плану.
Наги смерил Фарфарелло нервным взглядом. <Нам действительно надо выпустить его?> Он до сих пор не привык к присутствию штатного безумца, особенно после того, как однажды увидел Берсеркера, вырезающего снежинки на собственной груди.
Шульдих потер виски, чувствуя растущее напряжение. <При активации латентных талантов возможны срывы, именно поэтому Фарфи и здесь. В критической ситуации всегда полезно иметь под рукой не чувствующего боли психопата.> По крайней мере, тот сегодня был практически нормальным. Возможно, просто сказалась смена обстановки.
- Помни, Фарфи. Эти ребята теперь наши товарищи по команде. С ними играть нельзя.
Фарфарелло кивнул.
- Я не буду трогать их. Меня уже попросил Кроуфорд. Ничего, скоро будут и другие жертвы.
<Шульдих, что произойдет с ними? Все, что я слышал об этой процедуре, так это, что она... не очень приятна.>
<Неприятна - это еще слабо сказано, малыш. Этот садист собирается сломать почти все их щиты, оставив только то, что позволит иметь зачаточный контроль над своими способностями, а затем вытащит эти самые способности на белый свет. Последние при этом отчаянно сопротивляются. Вся эта процедура чертовски болезненна. Причем чем человек старше, тем хуже ощущения. У Вайс сейчас предельно допустимый возраст - еще пара лет, и боль, скорее всего, нанесла бы их мозгам необратимые повреждения. А так... они будут отчаянно жалеть, что не умерли раньше.>
<Понятно.> Наги неожиданно захотел, чтобы все это поскорее закончилось. Он никогда не был большим сторонником пыток.
Шульдиха посещали те же мысли. Ближайшее будущее не обещало ничего хорошего. Стремясь как-то отвлечься, он нанес мысленный визит каждому из вновь прибывших. С Айей он остался чуть дольше, хотя и не смог выяснить ничего, кроме того, что тот занимался каким-то видом боевых искусств.
Дверь кабинета Кроуфорда открылась, и оттуда вышли Брэд и Инициатор.
- Кто первый?
- Хидака.
Агенты Эстет прошли к комнате Кена. Кроуфорд отпер дверь, подозвал к себе Наги и чуть обернулся к Шульдиху:
- Чтец?
<Он сейчас за дверью. Я его обездвижил, но долго поддерживать в этом состоянии не смогу.> Впрочем, Вундеркинду и не требовалось больше, чтобы войти в комнату и зафиксировать футболиста понадежнее. Когда Оракул пригласил телепата внутрь, Шульдих мотнул головой. <Нет уж, спасибо. Мой садизм так далеко не распространяется. Я лучше подожду здесь с Фарфи, пока этот выкормыш Эстет будет ловить кайф от разбивания мозгов Хидаки на кусочки.> На долю секунды он уловил желание Брэда остаться в коридоре с ним, но американец быстро вернулся к своему имиджу бесстрастного руководителя. Да уж, положению Брэда завидовать никак не стоило.
В комнате Кен изрыгал поток оскорблений в адрес всех, попавших в его поле зрения. Кроуфорд оценил нанесенный комнате ущерб: порванное на лоскуты покрывало и занавески, покрывавшие пол остатки подушек и обломки немногочисленных стульев. Что ж, придется вычесть все это из следующей зарплаты Хидаки.
- Может, пора начать?
Инициатор недовольно посмотрел на него, явно стремясь растянуть удовольствие. Австриец хмыкнул и подошел к Хидаке.
- Имбицил, заткнись, а? - прежде чем Кен смог что-то ответить, костлявая рука коснулась его щеки. Тело Кена скрутило в приступе страшной боли, слезы ручьем заструились по его лицу, смешиваясь с кровью из прокушенной губы. Инициатор, напротив, выглядел так, как будто находился на грани оргазма. Кроуфорд содрогнулся от отвращения и бросил взгляд на Наги. Было похоже, что мальчик еле сдерживает слезы, глядя на страдания своего нового товарища по команде. Кроуфорд успокаивающе похлопал Наги по плечу.
По счастью, данная операция заняла немного времени. Скоро Инициатор отошел от Кена и довольно посмотрел на Кроуфорда.
- Где у нас следующий? - Кен вяло дергался в хватке телекинетика, явно с трудом управляя собственным телом.
- Наги, положи Хидаку на постель. Когда мы закончим, я хочу, чтобы ты вернулся и присмотрел за ним. Еще пару часов он будет без сознания, а потом очнется с очень сильной головной болью.
Наги осторожно пролевитировал Кена на кровать и постарался прикрыть его разодранным покрывалом.
- Следующий - Кудо. Нам сюда.
Выйдя в коридор, Кроуфорд столкнулся с бледным Шульдихом. <Еще двое, и это чудовище нас покинет. Продержи свои щиты еще немного.> Телепат кивнул.
- Кудо сидит на своей постели, притворяясь, что смирился с ситуацией. Он надеется усыпить нашу бдительность. Наги сможет с ним справиться и один.
Телепат оперся о стену и начал ждать нового приступа. Он ощутил удивление Кудо при виде человека, ударившего его тогда, в его квартире. Впрочем, удивление быстро сменилось яростью, которая достигла пика, когда Наги зафиксировал его, давая доступ Инициатору. А затем нахлынула волна противоречивых ощущений нестерпимой радости и агонии. Оба чувства были настолько интенсивными, что Шульдих, не удержавшись, застонал. Зная, что эти ощущения продлятся еще несколько минут, пока австриец будет уничтожать большинство барьеров, блокирующих способности Кудо, Шульдих с силой дернул себя за волосы, тщетно стремясь хоть как-то абстрагироваться от захлестывавших его эмоций. К его удивлению они вдруг сменились знакомым привкусом безумия. Открыв глаза, он увидел, что Фарфи касается его руки.
- Danke.
Шульдих ушел в разум Фарфи. Обычно это был не самый приятный опыт, но в настоящий момент все что угодно было несоизмеримо лучше, чем происходящее в соседней комнате.
Когда операция с Йоджи закончилась, Шульдих мысленно связался с Фуджимией и обнаружил, что тот каким-то образом почувствовал происходящее с его товарищами. Увидев выходящих из комнаты Йоджи, телепат вскочил и первым направился в туда, где держали Айю.
- Он ждет нас. Я не думаю, что в этом случае нам понадобится Наги. Я разберусь с ним сам.
Инициатор поспешно обогнал немца, торопясь к своей следующей жертве. Он излучал чистое, неразбавленное удовольствие, впитав боль уже двух человек. Шульдих боролся с сильным желанием удавить эту тварь, наплевав на все последствия. Он послал мысленное предупреждение. <Мы сейчас зайдем. Не пытайся ничего сделать. Мне очень жаль, но это не поможет и только ухудшит ситуацию.> На секунду показалось, что Фуджимия все же решит напасть, но затем тот передумал. Шульдих отпер дверь и вошел внутрь. Кроуфорд прошел следом, удивленно посмотрев на телепата.
Айя стоял у окна, бесстрастно глядя на вошедшую в его комнату троицу. Затем его кулаки сжались - он узнал Инициатора, которого раньше видел в мысленных образах Шульдиха. <Мне очень жаль, Айя, но это неизбежно. Если ты не будешь сопротивляться, боль будет чуть меньше.>
Айя встретился с ним взглядом.
- Я не хочу этого, - Фуджимия подумал о возможности броситься на Шульдиха, но когда в комнату вошел и Наги, мысли о сопротивлении исчезли. Айя видел, когда перевес был не на его стороне, и не собирался расходовать свои силы зря.
<Я знаю. Мне очень жаль. Кто сказал, что судьба ...>
- Справедливая штука. Да, я это уже понял, - Айя не двигался, наблюдая, как Инициатор с сияющей улыбкой на лице подходит к нему все ближе и ближе.
Шульдих стиснул зубы, когда покрытая пигментными пятнами рука Инициатора приласкала точеное лицо Айи. Ему почему-то ужасно захотелось сломать австрийцу пальцы один за другим, но жесткая хватка Кроуфорда на плече не позволила это сделать. Затем пришла волна страшной боли, дошедшая до невозможного пика. Шульдих с силой вогнал ногти в ладонь, стремясь абстрагироваться от чужой боли. Айя дернулся так, как если бы у него был приступ. На лице Инициатора выступил пот. Агония длилась несколько минут, а затем начался настоящий ад. Такое впечатление, что миллионы голосов закричали одновременно. Это почувствовали все находящиеся в комнате.
- Шу. Что. Черт. Побери. Происходит, - Кроуфорд с трудом удерживался на ногах.
- Его щиты разбиты, сила вырвалась на свободу. Айя... Айя передает то, что чувствует.
Оракул толкнул Шульдиха в сторону потерявшего контроль телепата.
- Сделай _что-нибудь_.
Если бы ситуация не была такой серьезной, Шульдих не преминул бы сказать какую-нибудь колкость. Однако сейчас он хотел лишь защитить Айю прежде, чем его разум угаснет под бешеным напором чужих мыслей. Долго тот не протянет. Он оттолкнул Инициатора в сторону и обнял дрожащего Айю. Голоса чуть поутихли, но не намного. Стремясь увеличить контакт, Шульдих прижал свои губы к губам Айи. Этого прикосновения оказалось достаточно, чтобы проникнуть в разум второго телепата и укрыть его за собственными щитами. Постепенно голоса утихли, но если бы не поддержка Кроуфорда, оба рыжика упали бы на пол.
- Шульдих, ты слышишь меня? Что происходит?
Осторожно запустив руку под черную футболку Айи, Шульдих прервал «поцелуй». Прежде чем ответить, он убедился, что его рука будет в постоянном контакте с кожей второго телепата.
- Этот кретин полностью уничтожил все щиты, сделав его дар абсолютно беззащитным. Сейчас у Айи вообще нет возможности блокировать голоса. Черт, он должен был оставить хоть что-то. Это же полностью уничтожит его разум.
- Он сопротивлялся. Мне пришлось...
Кроуфорд смерил австрийца ледяным взглядом.
- Вместо освобождения его таланта, ты почти сломал его разум. Мы могли потерять очень ценного человека. Убирайся. Ты больше не нужен, - в голосе американца звучала с трудом сдерживаемая ярость. - Еще хоть одно слово, и я сообщу обо всем Старейшинам.
Недовольное выражение лица Инициатора сменилось страхом. Он поспешно поднялся с пола и буквально вылетел из комнаты. Тяжело вздохнув, Кроуфорд подтолкнул Шульдиха и Айю к постели.
- И что же нам теперь делать?
- Помоги нам дойти до моей комнаты. Там чуть тише, - Кроуфорд выполнил его просьбу. Они вышли из комнаты в коридор и увидели сидящего на полу Наги. Фарфарелло был рядом, неуклюже похлопывая мальчика по спине.
- Наги, ты в порядке?
Наги поднял залитое слезами лицо.
- Д-да, - неуверенно сказал он.
- Иди, отдохни немного. Хидакой займешься позже, он сейчас уж точно никуда не денется, - увидев, что Наги готов начать с ним спорить, Кроуфорд строго посмотрел на него и чуть повысил голос. - Иди, кому сказали.
Наги нервно кивнул и послушался.
- Берсеркер, убедись, что Инициатор покинет эту квартиру в ближайшие двадцать минут. В противном случае, можешь делать с ним, что хочешь. Потом проверь, как там Вундеркинд, и немедленно сообщи мне.
Шульдих слабо улыбнулся.
- Папочка, может, позаботишься о малыше чуть позже, а сначала доставишь нас в мою комнату? Я не думаю, что смогу долго находиться в вертикальном положении.
Брэд тут же развил бешеную деятельность, протащив их по коридору и бесцеремонно бросив на кровать Шульдиха. Падение заставило телепатов на долю секунды разорвать контакт друг с другом. Оба они застонали, услышав вернувшееся многоголосье. Немец быстро прижал руку к спине Айи, снова закрывая его разум своими щитами.
- Кроуфорд, сними с нас рубашки. Нужен как можно более тесный контакт.
Выполняя просьбу, американец начал раздевать двух молодых людей.
- Шульдих, если это - одна из твоих шуточек, можешь считать себя покойником.
Рыжий в ответ только фыркнул.
- Знаешь ли, я сейчас совершенно не настроен шутить. Я прикрываю своими щитами Айю, но для этого мы должны находиться в тесном физическом контакте. Не спрашивай меня о механике процесса, и не такое может произойти, если позволить сильному телепату оставаться необученным лет двадцать. Так уж он ухитрился извратиться. Получается, что пока он не восстановит свои щиты, мы должны прикасаться друг к другу. Ну разве не весело? Спасибо, Кроуфорд, что дал мне такого симпатичного напарника на ближайшее время, - Шульдих попытался изобразить плотоядную улыбку, но попытка не увенчалась особым успехом. Ему пришло в голову, что следовало быть поосторожнее со своими желаниями. В ближайшие несколько недель он явно получит более чем достаточный доступ к разуму Айи.
Теперь лучше понимая некоторые детали своего видения, Кроуфорд начал стягивать с Айи брюки.
- В этом случае их тоже лучше снять. Чем больше вы будете касаться друг друга, тем лучше. Сколько времени ему потребуется для восстановления своих щитов?
Шульдих расстегнул свои джинсы свободной рукой и вторично попробовал плотоядно усмехнуться, когда Оракул помог ему снять брюки.
- Всегда догадывался, что ты хотел залезть ко мне в штаны, - Брэд нахмурился и сорвал джинсы чуть резче, чем этого требовала ситуация. - Пара недель, плюс-минус несколько дней. Это если нам повезло, и в нашей команде появился новый вундеркинд. Даже в этом случае появятся только базовые и не особенно эффективные барьеры.
Шульдих подтянул Айю поближе к себе. Чем больше они касались друг друга, тем прочнее были щиты. Он обвил ноги Айи своими и примостил подбородок на макушку второго телепата.
- Ты не мог бы укрыть нас одеялом? Danke, папочка.
Кроуфорд покачал головой и сделал то, о чем его просили. Все продвигалось просто великолепно. Шульдих и Фуджимия уже оказались вместе в постели, пусть и не при самых благоприятных обстоятельствах.
- А что именно произошло? Ты сказал, что Инициатор убрал все его щиты?
- Ja, - немец зевнул, зарывшись в пушистые волосы Айи. Он просто не мог поднять руку, чтобы прикрыть зевок. - Этот мудак просто уничтожил их. Вообще ничего не осталось, никакой основы, на которой Айя мог бы что-нибудь воссоздать. Мне нужно проверить и остальных. Существует вероятность, что он сделал с ними то же самое. Прости, Брэд, мне надо было лучше следить за ним.
Подойдя к окну и закрыв шторы, Кроуфорд покачал головой.
- Это не твоя вина. Во всем виноват этот ублюдок, ты не должен был контролировать его. Если его не убьет Фарфарелло, я пошлю Старейшинам крайне негативный отчет. Отсутствие у них щитов существенно затруднило бы нашу работу. Фуджимии и Кудо потребуется особый уход.
Впрочем, Шварц по-своему выигрывали от этого. Это позволит еще крепче привязать новичков к ним.
- Наги и я позаботимся о Кудо, твоя обязанность - приглядывать за Фуджимией. А теперь спи. Боюсь, когда он придет в себя, у тебя будет не так много времени на отдых.
Еще раз фыркнув, Шульдих для разнообразия выполнил приказ без единой жалобы. Он покрепче прижал Айю к себе, наслаждаясь легким покалыванием, возникавшим там, где они касались друг друга. Фуджимия был в полной отключке, в его прелестной головке не было ни единой мысли, только тишина и мягкое тепло. Телепат уже засыпал, и ему так и не пришло в голову спросить Кроуфорда, было ли последнее замечание просто догадкой или видением.дальше >>> Varesso
http://www.mr-yaoi.ru