Переводчик: helen267
Автор: Hieru Youko
Фандом: Weiss Kreuz
Бета: Enji, Rika
Рейтинг: PG
Жанр: slash
Пайринг: Айя/Шу
Отказ от прав: Персонажи фика принадлежат их создателем. Переводчик фика не извлекает материальной выгоды от их использования. Размещение фика на других ресурсах - с согласия переводчика. Ссылки на перевод - приветствуются.
Отзывы: сюда
Близилось утро. Большое окно около кровати приоткрыто, поскольку на улице не слишком влажно, и при этом прохладно, невзирая на то, что уже середина августа. Удобно: можно было не тратиться на кондиционер.
Прохладный, струящийся воздух ласкал зеленые листья растения на подоконнике и пылающие красные волосы, разметавшиеся по подушке.
Он нежно убрал красные пряди с лица спящего молодого человека, и накрыл его одеялом до самого подбородка. 'Не хочу, чтобы котенок простыл, да еще в середине лета'. - подумал он про себя. В отличие от ледяной маски, которую его мальчик носил каждый день, во сне лицо Айи было просто ангельским. Такое мирное, безмятежное, с легким проблеском улыбки на безупречных губах.
Он часто задавался вопросом, что снилось его котенку? Сестра? Прошлая жизнь?
Он?
Нет, вряд ли...
Погладив мягкую прядь длинных красных волос, немец прикоснулся к ней губами. Интересно, почему на самом деле малыш решил отрастить волосы? Беспомощное оправдание: 'лень было идти в парикмахерскую' - абсолютно не убеждало, но он не хотел выяснять настоящую причину. Наверное, у Фудзимии были свои резоны. Кроме того, парень просто ненавидел, когда копались у него в мозгах, даже для его же блага.
Айя, его Абиссинец. Его смешной, внешне холодный, но, на самом деле, такой теплый и сладкий котенок.
Тот, кого он должен будет завтра убить.
Эта мысль терзала телепата.
Айя был потрясен, увидев его сегодня вечером. Ведь завтра будет их последняя встреча. Ночь, когда обе команды будут бороться друг с другом до смерти. Проклятье! Даже он, Шульдих-вечно-издевающийся-над-всеми-немец, не мог понять, почему он должен это делать. Но "что" да "почему" это пусть Кроуфорд раздумывает. А он живет сегодняшним днем.
Когда он ввалился через окно в комнату котенка, то вздрогнул, увидев обнаженную грудь Айи, стянутую бинтом, сквозь который сочилась кровь. Не говоря ни слова, он схватил марлю, заставил малыша сесть и стал осторожно менять повязку. Рана была очень скверной. 'Еще бы дюйм вправо... ему бы пришлось хоронить своего котенка намного раньше срока!' - кипятился Шульдих, перевязывая рану Абиссинца.
Ну почему они оба выбрали такую опасную профессию? Ах да, он хотел сделать мир 'лучшим местом для проживания', а Айя хотел убивать 'тварей тьмы' вроде него.
Вообще-то, это чертовски забавно, если задуматься. Горько хихикая про себя, немец закурил и с наслаждением вдохнул дым. Абиссинец слегка нахмурился во сне и отвернулся от немца, зарывшись носом в подушку, но так и не проснулся. Он ненавидел сигаретный дым, Шульдих - тоже. Но иногда сигарета бывает просто необходима. Секс, правда, помогает еще лучше, но он уже истощил своего малыша сегодня ночью, так что другого выбора не было.
Он скользил глазами по фигуре молодого человека. Что если... если он завтра умрет? Что, если Айя умрет? А что если… они умрут оба? Жуткое видение пуль, пронзающих тело Айи (так как он опять, несомненно, будет драться с Кроуфордом) поразило его. Он задрожал и притянул к себе возлюбленного. Котенок фыркнул во сне и принюхался к ладони, нежно поглаживающей его лицо. Перед тем, как Айя заснул, Шульдих заставил его снять бинты, и теперь уродливая рана была открыта воздуху и лунному свету. Он осторожно провел по контурам повреждений своими длинными, изящными пальцами…
- Ммм... - застонал от боли Айя, и, нахмурившись, слегка отодвинулся от Шульдиха.
Немец отдернул руку, чтобы не разбудить котенка. Тот был таким хорошеньким, мирно посапывая в его объятьях. Таким невинным... Тем мальчиком, которым он должен был быть, не убей бывший босс Такатори всю его семью.
Но если бы ублюдок не сделал этого, они оба никогда бы не встретились. Какая дилемма.
Наклонившись к возлюбленному, Шульдих стал покрывать осторожными, быстрыми поцелуями его губы, уголки закрытых глаз, потом снова эти совершенные губы, которых никто не касался. До него. Он слегка покусывал губы мальчика, заставляя их покраснеть и расцвести подобно красной розе - цветку, который так напоминал его маленького котенка. Он даже хотел купить настоящего котенка абиссинской породы апельсиново-рыжего окраса, но последнего подходящего забрали как раз перед ним. Он тогда поклялся, что если все-таки заведет себе котика, то будет обращаться с ним так, как будто это их общий с Айей малыш, потому что он будет рыжего цвета, как он сам, и абиссинской породы, что совпадает с позывным Айи. И он будет таким же милым…
Ему тоже хотелось уснуть, и Шульдих зевнул и потянулся. Абиссинец слегка пошевелился во сне и придвинулся к немцу поближе, привлеченный теплотой его тела, поскольку ветер усилился, и в комнате явно похолодало. Шульдих дотянулся до окна и захлопнул его, потом притянул Айю в свои объятия, делясь с ним своим теплом. Может быть, это последний раз, когда он чувствует стук сердца любимого и ощущает мягкое дыхание, касающееся его груди. Внезапно ему захотелось кофе, потому что теперь он не желал тратить время на сон. Он хотел помнить Айю... Всего Айю: от кончиков ярко-красных волос до льдисто-аметистовых глаз, которые тают только когда абиссинец смотрит на него… Он хочет помнить и красивые, нежные губы, которые выглядят особенно восхитительно, когда шепчут его имя… И тонкое, изящное тело… Он хочет помнить все.
Он отчаянно пытался не заснуть, судорожно сжимая в объятьях красивого молодого человека. Нет… Он не будет спать!! Он должен провести ночь, запоминая каждую черточку этой великолепной орхидеи в его объятьях, потому что когда настанет день - возможно, он никогда больше его не увидит. Шульдих прикусил губу, надеясь, что боль отгонит подступающий сон. Он молился Богу, которого не вспоминал очень давно, о том, чтобы это мгновение длилось как можно дольше. Ну еще хоть чуть-чуть. Но солнце уже медленно поднималось, его лучи игриво мелькали среди бетонных джунглей мегаполиса. Невзирая на то, как изменяется человечество - солнце всегда остается величавым и прекрасным во всей своей славе. Небесный свет, достигший Айи, осветил его нежные черты, придав им почти нереальную красоту… Неземной… Господи, если бы он мог остаться рядом с ним навсегда…
Но он - Шварц. Тьма. А его котенок - Вайсс. Свет.
Черное и белое. Никогда не смешиваются.
И даже Бог им не поможет.helen267
http://www.mr-yaoi.ru