Фик переведен на Yaoi Fest по заявке HildaA.
Размещен на сайте www.mr-yaoi.ru с любезного разрешения переводчика.
Переводчик: Hevilla
Автор: The Black Kitten (laylah)
Бета: ColdBlaze
Фандом: Final Fantasy VII
Рейтинг: NC-17
Жанр: slash
Пайринг: Клауд/Кададж
Отказ от прав: Персонажи фика принадлежат их создателем. Переводчик фика не извлекает материальной выгоды от их использования. Размещение фика на других ресурсах - с согласия переводчика. Ссылки на перевод - приветствуются.
Отзывы: сюда
Все происходит так чертовски быстро. Одно мгновение они сражаются, исполняя быстрый и сверкающий танец света и стали, а секунду спустя он видит, как летит в пропасть Соуба, как крутится и исчезает внизу, а он сам лишь кончиками пальцев цепляется за край стены. Он чувствует чужое присутствие в своей голове, и впервые с того дня, когда Мать завладела им, оно такое четкое, до рвущегося из глотки крика. Она пытается его изменить, пытается пробудить к жизни кошмар, который пока мирно спит в дальнем уголке его мозга. Он столько для нее сделал, так старался ее найти, а сейчас она все равно решила выбрать Сефирота. Кададжу хочется закричать.
Клауд приземляется рядом и выпрямляется. Кададж готов к худшему: сейчас тот наступит на его руки, и он упадет вниз, либо искромсает его на кусочки своим гигантским мечом. И Кададж смиряется, усиливает связь с Матерью, пытаясь подготовиться к Единению с ней. Сефирот змеёй сворачивается внутри него.
Только… Клауд не двигается, лишь смотрит на него, стоит рядом и разглядывает в упор синими человеческими глазами. И Кададж вдруг понимает, что всегда знал, кого выберет Клауд, если бы мог выбирать. Клауд отвергал не его и не братьев.
Пальцы Кададж слабеют и он еле-еле удерживается, чтобы не рухнуть в пропасть.
- Брат, - просит он, глядя вверх. Он не может сказать большего, он едва может держать глаза открытыми из-за растущего давления внутри головы. "Ты предаешь нас", - кричит сейчас Мать.
Клауд нагибается и хватает его за запястье, втаскивает на стену. Кададж даже не пытается удержаться на ногах и падает вперед, в объятья Клауда.
- Брат, - повторяет он, потому что можно, потому что Клауд не запретил ему. Он хватается за него, прячет лицо на плече старшего брата.
- Ты бы выбрал меня, а не Сефирота, правда?
- Да, - отвечает Клауд, разглядывая его макушку, и неуверенно кладет руку ему на спину. - Конечно, тебя.
Кададж знает, что на самом деле Клауд выбрал бы кого угодно, лишь бы не встречаться вновь с Сефиротом лицом к лицу, но милосердно не говорит мальчику об этом, а потому Кададж может притвориться, будто тот сказал что-то вроде "конечно, я выбрал бы тебя, ведь ты мой младший брат". Сейчас этого вполне достаточно.
- Сделай меня своим, - требует Кададж, дергая ворот рубашки Клауда, начиная поглаживать его грудь. Он хочет снять перчатки, хочет голой кожей почувствовать, каков Клауд на ощупь.
А тот пытается отодвинуться, смотрит вопросительно, "что?"
- Не уходи, - просит Кададж. И чувствует отвращение Сефирота внутри себя. - Пожалуйста, не бросай меня.
- Чего ты хочешь? - вопросительно смотрит Клауд, как будто непонятно, будто мальчик прижимается недостаточно тесно. Что ж, по крайней мере, старший брат больше не пытается вырваться и уйти.
Словами этого не объяснить - ну как сказать: "Я хочу, чтобы ты смотрел на меня и не видел его; я хочу сделать что-то, чего он никогда бы не сделал"? Так что Кададж и не пытается. Вместо этого он удерживает Клауда одной рукой за шею и целует.
Глаза Клауда расширяются в удивлении, и сначала он не двигается, лишь стоит и позволяет Кададжу себя целовать. Мальчик чувствует сладость его губ, и в ушах шумит дождь. Он осторожно проводит языком по губам Клауда, и те раскрываются, когда он целует его в ответ с силой и нетерпением, о которых Кададж и мечтал.
Почему он делает это? Неважно, Кададж спросит позже, если Клауд оставит его в живых. Прямо сейчас он хочет просто чувствовать это, чувствовать, как Клауд прикасается к нему и отвечает ему, Кададжу, не одному из щенков Дженовы, не какой-то недоделанной копии Сефирота. Он дергает Клауда к себе, и они падают, тяжесть тела брата прижимает его к земле.
- Это… поможет тебе? - спрашивает Клауд, опираясь на руку, чтобы приподняться над ним и посмотреть прямо в глаза.
- Да, - выдыхает Кададж, и расстегивает брюки, сдергивает их быстрым движением. Затем тянется к ремню Клауда, расстегивает пуговицы и запускает руку ему в штаны.
Член Клауда твердый и гладкий в его руке, но когда Кададж пытается подтолкнуть брата вниз, тот останавливается.
- Тебе же будет больно.
Кададж со свистом выдыхает сквозь зубы. Он чувствует, как ярость и ненависть Сефирота течет по его венам, а если еще и Клауд будет бороться с ним, он точно проиграет.
- Не важно, - говорит он, - сделай это.
- Нет, - Клауд садится, опираясь на руку, Кададж прижимается к нему всем телом, - подожди. Я не хочу, чтобы было больно. Я не хочу быть как… не хочу, чтобы это было так.
Кададж в потрясении смотрит на него, а Клауд свободной рукой шарит по карманам. Он готов спорить на что угодно, что слово, на котором старший брат запнулся, было "он". "Я не хочу быть как он".
- Ты все еще слышишь его? - спрашивает он, пока Клауд стаскивает перчатку.
Кададжу кажется, что что-то рвется у него в груди - столько понимания в синих глазах. И тревоги.
- Почти никогда, - отвечает он и разводит ноги Кададжа в стороны. Его пальцы скользкие, умелые и очень нежные. Язу обычно был скован, а Лоз слишком осторожен, когда они делали это, но Клауд к нему… добр, и от этого мальчика пробирает дрожь.
- Я не он, - твердо говорит Клауд. Он приподнимается и накрывает Кададжа своим телом. - И ты тоже.
Кададж разводит колени шире и кладет руки на плечи Клауда.
- Назови меня по имени, - просит он тихонько.
- Кададж, - шепчет Клауд и входит в его тело, медленно и глубоко.
- Да, - стонет Кададж, выгибается и обвивает Клауда ногами, - да, брат, еще!
Тот замирает.
- Не надо. Не зови меня братом, когда мы занимаемся этим.
Кададж вжимается в плечо Клауда и безмолвно кивает. Они же правда братья, и это так важно, почему Клауд не понимает? Но, по крайней мере, это было "не сейчас", а не "совсем никогда". Может быть, потом Клауд поймет.
- В тебе так хорошо, - сдавленно шепчет Клауд, и Кададж пытается притвориться, что это извинение. - Кададж!
- Да, - стонет Кададж. - Это так…так…
Он прикусывает шею Клауда, впиваясь в нежную кожу сильнее, чтобы оставить засос, и Клауд вскрикивает и толкается в него резче, входя и выходя почти целиком. Кададж хочет дотянуться до своего члена, но для этого надо разжать руки, обнимающие старшего брата. Так что он лишь выгибается, старается притянуть Клауда ближе, найти нужный угол…
- Так? - спрашивает Клауд, просовывая между их телами руку, все еще затянутую в перчатку. Кожа на ощупь просто невероятна, шершавая и теплая.
- Да, - стонет Кададж, и продолжает повторять это слово с каждым толчком Клауда. Он сказал бы "да" в ответ на что угодно, лишь бы брат не отпускал его. Сефирот в ярости мечется где-то на задворках его мозга, и Кададж радостно хохочет, когда любимец Матери понимает, что его ярость беспомощна.
Клауд слегка отстраняется, чтобы видеть его лицо.
- Все в порядке?
- Абсолютно все, - с улыбкой отвечает Кададж, - в полном порядке. Он притягивает Клауда к себе для поцелуя, рассеянного и неуклюжего, оба они уделяют больше внимания ритму, в котором движутся их бедра, и это тоже замечательно, лучше, чем замечательно, лучше, чем все, на что Кададж мог бы надеяться…
- Я не могу, - выдавливает Клауд, проталкивая слова сквозь сжатые зубы, - я не могу больше ждать… - он сбивается с ритма, входит резко, глубоко, быстро, и стонет "Кададж!"
И Кададж тоже стонет, откидывает голову назад, выгибается под сильными толчками брата, и - давай возьми меня Клауд я хочу кончить Клауд - и Клауд хрипло стонет и задыхается, это почти больно, почти слишком для Кададжа, но это не важно -
- Давай! - кричит он, - Ну же, Клауд! - и Клауд кончает для него, в него, и это совершенно.
Когда Кададж приходит в себя, брат смотрит на него так, словно растерял все слова. Кададж приподнимается и целует его. Еще ничего не закончилось. Сейчас все так замечательно, а поцелуй все еще чудесный, нежный и ленивый. Но Клауд неожиданно отстраняется. Его распухшие губы слегка подрагивают, и Кададж не может прочитать выражение его глаз.
- Что ты теперь собираешься делать?
- Я не знаю, - отвечает Кададж. - Думаю, теперь мы осиротели.
Он все еще чувствует, как Мать зовет его, откуда-то издали, это похоже на скрежет железа по стеклу у него в голове. Но все, что она может ему пообещать теперь, - лишь боль, много боли, и ему не хочется отпускать Клауда.
- Осиротели… - повторяет Клауд. Он медленно отодвигается, выскальзывает из тела Кададжа, но на самом деле не пытается создать между ними дистанцию, и мальчик чувствует это. - Я… ты знаешь, я помогаю заботиться о сиротах в Мидгаре.
Кададж кивает. Он поворачивается, поднимается на колени и тянется, чтобы сжать пальцы на рукояти меча Клауда. - Мы не причиним тебе неприятностей, - обещает он.
Откуда-то слышится гул пропеллера, звук становится все громче и громче. Клауд не смотрит вверх, лишь откидывается назад и принимается поправлять одежду, когда вертолет становится различим вдали.
- Одевайся давай, - говорит он, и на короткое мгновение Кададжу кажется, что он почти улыбается. - Посмотрим, сможем ли мы найти твоих… наших братьев.Hevilla
http://www.mr-yaoi.ru